Прощание с летом

Вообще-то я хотел запилить очередной увлекательный пост, полный самокопания. Но то ли вынашивал долго, а скорее потому, что вынашиваемое ночью никак не хочет склеиваться днём, даже пасмурным днём — оставляю просто картинку и песню. Эту фотку я сделал 31 августа 2010 года и назвал «прощание с летом». Очень простая, зато очень настоящая, и она очень мне нравится. Ну и песня — куда от неё денешься, если преследует несколько дней. Надо от неё тоже избавиться.

прощание с летом

Питание в космосе

Интересный ролик про еду для космонавтов.

Читаю бложик бортинженера МКС Олега Артемьева.

Рейтинг Путина

В соцопросе, конечно, немало зависит и от аудитории и от формулировки вопроса.

С одной стороны, «Игорь Стрелков был бы более желательным победителем на президентских выборах 2018 года, чем Владимир Путин«.

С другой — «Сегодня Путин победил бы на выборах с 82% голосов«.

Hyperlapse

Вот ведь штука. Задаёшь одну точку на карте гугл, другую, и камера пролетает между ними. По ссылке — пролёт через винаповский мост (должен сначала прорендерить, но это быстро).

Быков беседует с Ксюшей Собчак

– Вот мы сидим в вашем кафе. Кто основные посетители – так сказать, публика «Бублика»?

– А это довольно скромное заведение. Чек на одного – в пределах восьмисот рублей. Так что ходит сюда обычный средний класс.

– Я думал, он исчез.

– Он никуда не делся, просто… Я могу наконец дать его определение, хотите? Средний класс – это люди, которые все понимают правильно и хотят правильного, но не готовы ничем за это платить.

– В пределах восьмисот рублей.

– Именно. Вы думаете, Путина поддерживают только зрители федеральных каналов, только малообразованное население? Да Майдан потому и сыграл величайшую роль в российской политике, что показал отрицательный образец. У большинства нет никаких дурных чувств в отношении Украины. Люди просто не хотят, чтобы у нас было, как там. С бардаком. С кровью. Спросите любого в «Бублике», вот этих милейших людей, хотят они, чтобы было, как на Майдане? Все в ужасе закричат: ни в коем случае! Они хотят, чтобы было, как в «Бублике», и в этом смысле я их могу понять.

http://sobesednik.ru/dmitriy-bykov/20140808-kseniya-sobchak-molitsya-nado-chtoby-putin-nikuda-ne-delsya

Нипричём

Всю жизнь думал, что «ни при чём» пишется слитно.

Люблю, знаете, иногда тесты – 5

Вы – Домовик Добби

Судьба была неблагосклонна: ваше предназначение — быть на посылках у настоящих волшебников. Но смелость, благородство и вера в добро помогли вам добиться самого желанного — свободы. Вы — это наглядный пример того, что даже один в поле может быть еще каким воином.

Однако.

Кто ты из персонажей «Гарри Поттера»?

Яждизайнер

Я работаю дома конечно не от хорошей жизни, а потому что характер у меня неуживчивый. Я не то чтобы не верю в рассказы про успешность фриланса, наверное и такое бывает, но в целом для меня очевидно и само собой разумеется, что фриланс — он не может быть прибыльнее постоянки. Нет, он конечно не прибыльнее. У него просто другие, специфические плюсы. Свобода и независимость стоят дорого.

Не в последюю очередь моя неуживчивость — от моих взглядов на работу вообще и свои профессии в частности. Вот например про так называемый дизайн, то есть художественное оформление.

Я вижу два режима работы дизайнера. Режим компромисса и режим директивный, который на самом деле «технический дизайн».

Режим компромисса — это когда тебе рассказывают о том, что и почему надо сделать, и вообще об объекте дизайна или о том, что прячется под обёрткой. Ты проникаешься и делаешь. Возможно, сначала просто какие-то идеи и эскизы. Тут надо с заказчиком общаться. Предлагаешь вариант. Он либо то, либо не то. Если не то — делаешь что-то совсем другое. Если более-менее то — выясняешь, что не нравится заказчику. В чём неправильность «крена». Может быть, неверно понял приоритеты? Но вообще, режим компромисса имеет перекос в сторону дизайнера, а в идеале это вообще не столько компромисс, сколько что-то, придуманное целиком от начала и до конца дизайнером в заданном русле. Может быть, бывает и компромисс с перекосом к заказчику, и даже наверняка бывает — только мне кажется, что так не очень правильно.

Я уже как-то произносил проклятие в адрес плохого дизайнера — чтоб тебе зубы так лечили, как ты к делу подошёл! И эту аналогию со стоматологом можно развить. Но сначала маленькая история из жизни. Я вообще по врачам редко хожу, а тут зуб заболел, ну я и пошёл в частную клинику, первый раз в жизни. Вот этот зуб, говорю, болит, его мне вылечите, на остальное денег нету. Нет, возражают мне, у вас не этот зуб болит! Перепирался я с ними, перепирался, не хотелось лечить всё подряд, жадно было. Но в конце концов уступил. И что же? Боль прошла. Это был действительно тот зуб, на который указали врачи. Вот он — правильный подход к делу. Я не хочу, чтобы мне лечили тот зуб, который я хочу. Я хочу, чтобы мне лечили больной зуб. И я не хочу поэтому, чтобы врач стремился ублажить клиента. Нет. Я хочу, чтобы специалист плохо спал, если в этот день сделает свою работу не очень качественно.

В конце концов, для кого мы, дизайнеры, делаем свою работу? Для заказчика? Ну это только если он у себя в сортире нашу работу повесит. Тогда да. Но в основном мы делаем для людей, которые будут видеть нашу работу. Для покупателей товара в нашей упаковке. Конечно при этом производителю виднее, что именно он производит — но ведь дизайнер для того и нужен, что он знает, как сделать красивое и привлекательное, и по этой части ему советы заказчика не нужны. Что ему нужно — так это понять заказчика. Вот это действительно нужно для того, чтобы дизайн ударил в точку, стал максимально уместен. Потому как поняв заказчика — ты понимаешь и его заказчиков, то есть тех, кто будет на твой дизайн смотреть. А не поняв заказчика, ты не поймёшь сути изготавливаемой тобой вещи.

Ну и плюс к тому у меня есть диапазон, свой стиль, в котором я работаю — и он имеет границы. Что-то может выходить за эти границы. При этом, технически сделать это выходящее за границы я может быть и смогу, но воображение, чувство стиля, чувство прекрасного у меня за эти границы не выйдет. Я очень долгое время не принимал эту свою ограниченность, но потом понял, что есть вещи, за которыми не надо гнаться, у меня есть своя эстетическая ниша, и хорошо.

Как говорил Тёма Лебедев (с которым я далеко не во всём согласен по части дизайна) — однажды твоё отношение к клиенту «не мил я тебе» заменится на «тебе мил не я».

Ну и конечно остаётся всегда второй режим работы. Директивный. Иногда заказчик сразу понимает достаточно чётко, чего он хочет, и не желает ничего другого. Это тоже хорошо. Тогда он просто говорит, что делать, а я делаю. Говорит, что поправить — я правлю. А иногда приходится переходить на этот режим с консенсусного, когда консенсус не вытанцовывается, а заказчик не готов искать другого дизайнера (что было бы самым логичным). Вам знакома ситуация, когда заказчик говорит, что мол, это всё хорошо, только вот это увеличьте, а вон ту надпись вот сюда передвиньте. И если заказчик и вправду хочет именно этого, а не обсуждения — ну что ж, я предупреждаю о том, что ответственность я с себя за дизайн снимаю, мы переходим в другой режим и я радостно делаю всё, что он скажет — ведь яждизайнер как-никак. А, ну да, и плата, конечно же, будет выше. Да-да. Логика тут не только в том, что мне неприятно рушить собственный труд. Но и в том, что новый вариант дизайна в любом случае стоил бы отдельных денег.

Конечно, дизайнер, как и любой специалист, всегда работает в некотором коридоре возможностей. И можно было бы сказать, что вышеупомянутые два режима — условности, а на самом деле существует что-то смежное. Но это не так. Смежное — и есть результат компромисса, вернее, взаимопонимания дизайнера и заказчика. Если понимание есть — то анектодичное «добавьте красненького» становится уместным дополнением к работе, но такое взаимопонимание — это редкость, и в долгом виде случается скорее не между конечным заказчиком, а между заказчиком-арт-директором (или очень хорошим менеджером) и дизайнером, где арт-директор является тем важным человеком, который занимается пониманием заказчика и переводом этого понимания в понятный дизайнеру язык. А до тех пор, по умолчанию, эти два режима работы должны чётко разграничаться, а попытки смешать эти режимы приводят только к путанице и ухудшению взаимопонимания.

Некролог

Мне её наверное будет не хватать. Очень, очень колоритный персонаж ушёл от нас. Помнится, в детстве, в середине 90-х, наверное, любил её почитать. Выписывали мы тогда «Аргументы и факты» — казалась тогда серьёзнейшей газетой. И скорее весего она публиковалась именно там. Хотя может и не там. Но в общем даже среди бодрого стиля повествования корреспондентов «АИФ» она выделялась исключительной искромётностью. Впрочем, политические пристрастия моего детсва были своеобразны, хотя в них и улавливались интеллигентсткие тона: всё-таки жили в Академгородке, да и папа с мамой у меня работники библиотеки. К середине 90-х, я думаю, все иллюзии уже были развеяны, хотя прекрасно помню, как отец показывал мне портрет Сталина, составленный из черепов, и сокрушался, сколько народу загубил этот кровопийца. Отец тогда из библиотеки ушёл, и, поторговав сигаретами, успешно устроился корректором в «Новосибирские новости» — но это уже, как говорится, другая история. А моими фаворитами были Горбачёв (смешно говорит, да ещё и пятно на лысине), Ельцин (весёлый и бухой) и конечно же Черномырдин (сами понимаете почему). И Валерия Ильинична среди них не так уж и плохо смотрится. Остался один — и адская компания будет полной.

Народное правительство, например

Как я и говорил, за Стрелковым я следил довольно вяло, и никакого у меня мнения особого по нему нет. Скорее симпатичен, как человек. В воинском искусстве и вопросах тактики я совсем не понимаю, так что с военной точки зрения оценить не могу. С политической — в смысле, с кем дружит, кем подослан — тем более. Могу оценить тем незатейливым способом, который доступен всем: посмотреть, как себя ведёт, как говорит — короче, понять характер.

В общем, потихоньку смотрю всякие видео с ним и прочими товарищами из ДНР.

(там есть ещё и вторая часть)

Ну что сказать — люди как люди ©, в смысле, Стрелков и Бородай ведут себя как военные люди: чёткие, прямые, как и те, что приходили к Кургиняну в прошлой заметке. Не согласовали мнения перед конференцией: ни по Кургиняну, ни по Губареву, жгут, так сказать, «от сердца». Что скрывают — говорят прямо — «военная тайна»; о своём происхождении, об обстоятельствах знакомства — говорят спокойно и весело, без утайки. И вот я о чём ещё подумал: вы представьте, да, на минуточку, что это ведь премьер-министр и министр обороны. Ну то есть сравните с Медведевым и Шойгу, а лучше сразу с Сердюковым. Типаж сравните — речь ведь о типажах. Конечно, посмотрим, что оно и как будет дальше, то есть что эти «типажи» дальше будут делать, но термин «народное правительство», в моём понимании, вполне согласуется с тем, что я вижу.