Российский союз правообладателей

Я конечно слышал, что Михалков собирается обирать поставщиков носителей. Теперь уже не только собирается — будет. Но, товарищи, у меня от когнитивного диссонанса чуть глаз не выпал, когда увидел такие цифры:

Как сообщалось ранее, РСП предложило отправлять правообладателям только 15 процентов прибыли. Еще 25 процентов будет тратиться на содержание аппарата организации, а 60 процентов направится в фонд, специально созданный РСП.

Это как понимать: 25 процентов сразу по карманам расходится, а остальные 60 потом допиливаются.

Считаю, Михалков настоящий дворянин, знатного рода!

Граждане, несмотря на то, что в объявлениях и рекламе встречаются самые чудовищные написания этого слова, правильно писать риелтор.

Хром 7

Очень порадовал очередной билд Хрома. Седьмого Хрома. Первые вышли так себе, то здесь подглючит, то шрифт мелкий, то интернет-банк не работает. А в этом всё поправили, плюс вдруг всё стало очень быстро. Оно и было быстро, Хром он не тормознутый далеко, а стало ещё быстрее. Очень плавный скроллинг, независимо от напичканности странички флэшэм и скриптами. Неужели включили обещанное аппаратное ускорение отображения страниц? Не знаю как проверить. Но в батнике, через который хром запускается, у меня на всякий случай прописан ключ ‘-enable-accelerated-compositing’, так что может быть.

В общем, рекомендую к ознакомлению как тем кто уже, так и тем кто ещё не на Хроме :)

Новый билд — 7.0.517.5, скачать можно, например, тут.

Далёкая Америка

Я хотел бы родиться в Америке.

В США. В пригороде какого-нибудь крупного сити. Возможно, я даже хотел бы родиться в чёрном квартале и да, быть негром. А может, в одном из сотен тысяч коттеджиков за чертою города. Я был бы обычным американцем, не из тех, кого ненавидят русские, я бы впитал с детства ценности свободы и космополитизма. Я не был бы патриотом этой страны, не фанател бы от полосатости флага и победы демократии во всём мире. Я учил бы в школе английский. Да, английский — не представляю как бы я говорил и думал на этом ущербном, примитивном языке, то есть как он мог бы быть для меня родным? Но под чёрной кожей и за языковым барьером, это всё равно был бы я, настолько, насколько это возможно. Я так же думал бы обо всяком, и видел весь царящий вокруг идиотизм, в конце концов бы заинтересовался политикой, наверное, и разобличал масонский заговор, превративший эту прекрасную страну в их оружие возмездия и страха, мирных американцев — в мирового потребителя, ну а весь мир — в одного большого китайца, расторопного, улыбчивого и готового скинуть ещё несколько центов.

Конечно, я был бы сам собой, и наверное там, в оплоте толерантности, мои странности были бы чем-то куда более обыкновенным. Не будучи рядовым тупым америкосом, каких хватает везде, я находил бы и там себе подобных. Да, я уверен, что в толпе наигранных улыбок и стандартных английских оборотов, я нашёл бы настоящих людей. Мы не потерялись бы и там. Может быть, получив права на вождение как само собой разумеющееся, я колесил бы по этой огромной стране, поделённой на маленькие государства со своими законами, своими обычаями и своей отдельной красотой.

Самое главное, я жил бы в Америке — той самой, которую придумал себе, как только в нежном возрасте пролился поток ихних фильмов. С огромными небоскрёбами, с просторными офисами, где окна во весь рост, с рядами одинаковых аккуратных частных домов, с чёрными ребятами, играющими в уличный баскетбол с одной корзиной. С полосатыми горами и длинными каньонами, где когда-то бегали индейцы. С ровными чёрными дорогами, размеченными жёлтым…

Конечно, я не влился бы в эту большую жизнь, меня не взяли бы в эти просторные офисы с видом на весь город — я точно так же жил бы отстранённым наблюдателем, чёрной тенью в вязаной шапочке передвигался бы по ночным улицам в огнях, бродил бы по осеннему Централ Парку, смотрел бы на океан с длинных набережных, и Статуя Свободы была бы для меня какой-то обыденной тенью на фоне неба, что-то вроде статуи Ленина с большевиками на центральной площади Новосиба.

Michael Andrews — Whoever You Want Him To Be (Cypher OST)

Audio clip: Adobe Flash Player (version 9 or above) is required to play this audio clip. Download the latest version here. You also need to have JavaScript enabled in your browser.

Хонда попала под трамвай

Новость на НГС.

Вспоминается анекдот:
— Ну, рассказывай, как обгонял, как подрезал…

Когда вдоль трамвайных путей толчея, постоянно авто лезут на рельсы. И сам стоит, и трамваю проехать не даёт. Кондукторы тогда ворчат:
— Вот разрешили бы их таранить — так и проехали бы насквозь, а трвамваю — что, трамваю ничего не будет, это утюг.

И правда, судя по фото, трамвай целёхонький, а джип всмятку.

Как определить хомячков? А это те, кто много плюётся в сторону хомячков, да оных яростно изобличает.

Примерно так же можно распознать разнообразный офисный планктон.

Прощание с летом

Па-де-труа Пу

— …Я говорю откровенно и даю вам честное партийное слово! Я и Шевчука не знал, и не знал, что они собирались на Триумфальной площади… э-э…. регулярно. Да, до меня иногда доходило: вот они выступали на Триумфальной площади, вот их разогнали. Спрашиваю: а чего их разогнали? А потому, что им разрешили в одном месте, а они пошли в другое. Я говорю: а зачем они пошли в другое? И до сих пор не пойму. Разрешили бы им. Они хотят че-то сказать. Правильно? Нет, ну правда?! Критиковать власть. Вот в Лондоне определили место. Где нельзя, бьют дубиной по башке. Нельзя? Пришел? Получи, тебя отоварили. И никто не возмущается! Если целью является что-то сказать, нужно сделать по-другому. Пригласить Колесникова Андрея… Как вас по батюшке?

— Иваныч, конечно.

— Еще пару тройку камер, западных, восточных, российских, всех собрали, достали, значит, знамя, с костями и черепом там, не знаю, сказали, что мы всех вас, власть, видели вон там, и назвали место, и пока мы не получим то, что хотим, будем вас критиковать. И вот чем хорош современный мир? Можно сказать за углом общественного туалета, а услышит весь мир, потому что там будут камеры все! Сказали и чинно, стуча копытами, удалились в сторону моря!

А здесь цель-то другая! Не подчиниться действующему законодательству, сказать, что мы хотим правового государства для кого-то другого, а не для себя самих, а нам позволено то, что мы хотим, и мы вас будем провоцировать на то, чтобы вы нам дали дубиной по башке. И поливая себя красной краской, говорить, что антинародная власть ведет себя недостойно и подавляет права человека. Если цель — провокация, успеха можно добиваться постоянно. А если цель — донести до общественности, мировой и российской, нет смысла власть провоцировать и нарушать законы.

Как это:

— Как вас зовут, извините?
— Андрей, журналист.

И вообще там много чего. Хорошее интервью.

За полтора десятка последних лет мы наблюдали восхождение звания ди-джея от малопочётного до полубожественного. Мы помним, как ди-джеи стали звёздами, и их образ даже потеснил образ человека с гитарой. Худосочные, татуированные тела ди-джеев, их бледные лица в тёмных очках, их молчаливое полуотсутствие в этом мире, их вялые, скупые движения стали признаками стиля и даже обрели странную сексуальность. Ди-джеев и их образ жизни мифологизировали и обожествляли. Уже они собирали клубы и дансполы размерами со стадион. Их нечеловеческие псевдонимы сдвинули с пьедестала названия любимых групп и настоящие человеческие имена музыкантов.

Гришковец