Мышиное

Лучшую мышь всех времён и народов Genius Netscroll 100 сняли с производства. Другими мышами я работать не могу, много раз пробовал на что-то переползти — трудно. В связи с чем закупил несколько штук в каком-то далёком магазине, где они ещё есть. С разъёмом PS/2, конечно же. Почему — потому что он поддерживает частоту опроса 200 герц, в то время как юэсби стандартно только 125. Разница в плавности движения курсора вполне заметная. Конечно, есть юэсби-мыши и с частотой опроса 1000, но это которые со своим спец-драйвером, а к этой серии драйверов нет.

Правда, на замену снятой с производства запустилисерию Netscroll 100 V2 — там только юэсби, зато сами мышки всяких разных цветов. Ну, когда эти закончатся — придётся видимо. У них довольно быстро колёсико стирается (там датчик механический — у мышей подороже бывают оптические), да и кнопки тоже не так долго живут. Можно конечно с одной на другую перепаивать — чем я успешно занимался. Может как раз новая серия пойдёт в качестве донора для старой PS/2 — если конечно там датчики совместимые.

Тест для аудиофилов: слепое сравнение mp3 128, 320 и лослесс.

Результат меня огорчил: угадал 3 из 6. В одном случае воздержался: не смог найти никаких отличий у Нейла Янга, в двух случаях уверенно тыкнул в 128.

Мне казалось, что я отличаю 320 от лослесса, не говоря уже о 128.

Но тут надо заметить, что отрывки подобраны — моё почтение, само звучание в паре сэмплов найдено с «пластмассовыми» оттенками, похожими на те, которые привносит mp3.

Попробуйте.

Лучший чай, который можно найти в пакетиках — гринфилдовский Magic Yunnan. Очень вкусный, терпкий и с дымком. За многие годы не нашёл ничего лучше. А вот его листовой вариант, для заварки, почему-то совсем не такой прикольный. Насчёт какой лучший из заварных — пока не определился, тут кроме сорта очень многое зависит от того как заварить.

Мир раннего утра

Я тут в одной из предыдущих заметок сокрушался, что никому не нужен Мир Полдня.

Но что такое Мир Полдня Стругацких? Это мир, в котором все люди интеллигентные, культурные и интересные, занятые творчеством — словом, они такие, как сами Стругацкие. Они и сами говорили о Мире Полдня не как о возможном или желательном будущем — а как о мире, в котором им самим хотелось бы жить.

Помню на уроках то ли обществоведения то ли чего-то такого в школе задавали вопрос: хотели бы вы, чтобы все люди были похожи на вас? Тогда, когда я ещё не понимал вполне, насколько все люди разные, мне казалось что нет, это было бы скучно. Действительно, если заполнить весь мир моими копиями — это было бы пожалуй черезчур. Но жить в мире людей близких мне интеллектуально и схожей внутренней культуры было бы, пожалуй, хорошо.

Недавно ехал в полупустом вечернем автобусе. Слегка подвыпивший мужчина средних лет поругался с молодым парнем кондуктором. Я уже не помню, из-за чего в точности. Какой-то пустяк, даже не отказ оплатить билет, а что-то насчёт сдачи или может быть недостаточно вежливого тона кого-то из них. Тон ссоры нарастал, дошло до предложения доехать до конечной и во всём разобраться без свидетелей. Я был уже уверен, что и до конечной не доедут — тут подерутся. И вдруг, так же неуловимо как и началась, ссора закончилась. Пошли эти «да ты понимаешь, все мы уставшие, и я и ты…» — и в итоге рукопожатия и братания. И я понимаю, что не понимаю — ни причин, ни содержания, ни зачем ругаться, ни тем более зачем брататься. Зато мне было понятно, что для них самих ситуация и все её сюжетные повороты ясны, близки, понятны и наполнены самой что ни есть жизненностью. И на месте этих двоих могли быть почти любые другие двое — кроме меня — и они бы прекрасно друг друга поняли.

В итоге до меня дошло, что большинство людей и так живёт в Мире Полдня — там, где все свои, культурно и интеллектуально близкие, где мысли и мотивы понятны без телепатии и подключения оптоволокна напрямую в мозг. И редкие чудики вроде меня не сильно портят картину — напротив, даже её украшают, «развлекая контингент». Или вынуждены мимикрировать.

Таким образом, у масс нет того главного мотива, который побудил меня обратиться к коммунистическим идеалам: желания построить общество людей, среди которых мне найдётся место, с которыми будет приятно и комфортно, общество людей будущего, описанное в фантастических книжках. Моё несбыточное будущее — их обыденное настоящее.

Эван как

Эвана МакГрегора знаю ещё по первым «Звёздным войнам». Ну по тем, новым. Мы с друганом Мишкой на них два раза ходили. Пили «Бэгбир» и шли в Маяковский. Мне потом приспичивало посреди сеанса. Но поскольку случалось это каждый раз в разные моменты фильма, то за два раза я его посмотрел целиком. А там и DivX придумали, надеюсь кто-то помнит. Это был один из первых фильмов, которые появились у меня позже в этом формате.

А потом как-то я смотрел то ли передачу, то ли что, и говорилось там про актёра Юэна МакГрегора. И я так для себя понял, что это брат Эвана МакГрегора — ну, внешне вроде похож на этого, на молодого Оби-Вана. Видимо, близнецы. И догдка это время от времени подтверждалась: то про Эвана расскажут, то про Юэна — и оба друг на друга — ну как две капли воды. Однако, со временем Эван куда-то пропал, а всё больше снимался Юэн. Даже как-то обидно стало: почему это актёр, после таких-то фильмов, и вдруг пропал, на что нам его малоизвестный брат. В итоге я даже начал подозревать неладное: может я что не так понял? Вспомнился даже анекдот про Иванова, Петрова и Сидорова, которые непонятно: близнецы или однофамильцы.

Но все опасения развеялись с выходом третьего сезона «Фарго». Там они снялись вдвоём. И правда, очень похожи!

Сходили на «Тёмную башню»… Сходили, значит, удобно, кинотеатр в пятнадцати минутах, и я себя спрашиваю: а с чего я решил, что это будет неплохой фильм? А потом понял: потому что Эльба и Макконахи снимались в двух очень неплохих сериалах: «Прослушка» и «Тру детективы» соответственно. Ну и подсознательно казалось, что… А в общем, они сами по себе неплохо отыграли: Макконахи играл Макконахи, того самого, который пьёт пиво и закатывает глаза перед федералами, ну а Эльба — Эльба тоже, значит, щурился с умным видом изо всех сил.

Что действительно неприятно удивило — это реклама перед фильмом. Не реклама фильмов, а именно просто реклама, шуб всяких и прочего. Совсем охренели. Как будто экранку скачал, только без корейских субтитров. Джой-казино ещё врубите посреди фильма.

Революция достоинства

В последнее время я стал впадать в какую-то мизантропию — возрастное, пожалуй. Но мне кажется что нет ничего хуже, чем отсутствие любви к людям — тут я полностью согласен с апостолом Павлом: «если любви не имею…» и далее по тексту.

Но ко мне всё больше и больше приходит вот это ощущение героя Стругацких — что «мир натянули мне на глаза». Всё в нём чужое и всё в нём выстроено не для меня. Какие-то фильмы снимают нелепые, сериалы чудовищные, песни поют тупейшие, в метро бьются в глаза — а куда ещё смотреть-то? — объявления рекламные раздражающей тупизны, стрёмного дизайна с пунктуационными ошибками в лозунгах типа «А у нас, распродажа». Кто это всё делает, для кого? Идёшь по улице — заведения какие-то с лебезящими официантами и продавцами, потерявшими, а может и не имевшими человеческого достоинства. Хипстеры какие-то бродят, очередные не-такие-как-все, причёска вихром, дымят как увлажнители воздуха — да, вот кстати, а увлажнители-то для кого, зачем они нужны вообще? Я уж про вейп и спиннеры не спрашиваю. Заходишь на просторы любого шопного центра — и видишь, для кого это. Толпы бессмысленных людей: с детьми и без оных — потребители.

Я понимаю, что мизантропия эта отчасти от того, что воспитан я был в тепле, среди людей красивых и хороших, а людское зло и глупость воспринимал как досадное исключение.

А это я сам — досадное исключение. И для них я ничего не хочу, да пожалуй что и не могу, и пальцем для них пошевелить лень. Что ни сделаешь — всё будет частью этого мира, всё вольётся в этот тупой круговорот, всё будет потреблено и далее по пищеводу.

Выход один — к революционерам. Конечно, велик шанс, что и там будет та же пищеварительная аналогия — однажды обжегшись и так далее. Кроме того, вдруг ясно понимаешь: а не надо ничего менять, оно и так всё нормально. Не так много голодных, больных, помирающих на работе 12 часов без выходных и отпусков, как сто лет назад. Все сыты, и никому не нужна эта ваша революция. Максимум — «революция достоинства», такой хэппенинг из сферы развлечений, навроде флешмоба. Шило на мыло поменять — вернее, наоборот. Оно и так всё плюс-минус справедливо. Отморозки властвуют и наживаются, добрые люди тихо живут и тихо умирают, средние люди живут тем, что им подсунули первые двое. Они все вместе выстроили этот мир для себя и прекрасно в нём себя чувствуют. «Кому нужен ломтик июльского неба?» Не нужен Солнечный город, не нужен Муми-дол, не нужен Мир Полдня. Чем вам не нравится капитализм — всё нормально, неплохой такой себе строй, особенно, если сравнивать с тем, что было более ста лет назад, а не с тем, что грезилось в детских книжках.

Конечно, оно обусловлено. Я сторонник той идеи, что именно красота спасёт мир, а доброта подключится потом. То есть если сделать всё кругом красивым, если окружить человека благолепием и культурой — то человек станет лучше. Ну просто потому, что окружающая красота будет созвучна каким-то спящим росткам в душе, а уж они-то есть у каждого, тут я ещё не разочаровался. И человек будет растить и эти ростки тоже, и они потеснят сорняки, которые тоже точно так же культивируются — той самой окружающей искусственно созданной средой. Средой капитализма.

Если создан потребительский кредит, чтобы никто не был уже свободен, то нужно, чтобы его брали. А для этого нужны товары и услуги. А чтобы брали товары и услуги, надо их втюхивать — какой же дурак просто решит пойти и купить ненужную вещь. Вот мы и живём в мире втюхивания. Одни люди бегают за другими: ну купи мою хрень, она очень хорошая! А то и хуже: ну воспользуйся мной, я такую полезную услугу тебе окажу, ну пожааааалуста! Всё обклеено этими втюхивающими плакатами, везде экраны, что-то движется, кричит, пляшет.

«Клиент всегда прав» — это ведь капиталистический лозунг. Он совершенно нежизненный: на деле заказчик всегда неправ, потому что некомпетентен, за редкими исключениями. Но из заказчика лепят клиента, и клиент этот чем дальше, тем более разбалован, и тоже, вслед за обслуживающим персоналом, теряет человеческое достоинство, впадая в полное свинство. Этот процесс — он обоюдный. А технический прогресс этот процесс освинячивания только подстёгивает: роботизация раньше освоит, и уже освоила, сферу производства, и пока дело дойдёт до сферы услуг — в эту сферу будет вброшено огромное количество людей, услуги станут всё более разнообразными, правота клиента — всё более изощрённой, и все мы будем освинячены.

Ну согласитесь, нельзя же всю неделю лебезить, затем, в субботу, меняясь местами, вальяжно прошвыриваться по салонам и придирчиво шопиться — а в воскресенье думать о судьбах мира и социальной справедливости.

Я до тошноты не люблю, когда передо мной лебезят. Вы открыли магазин, доставили товар — всё, ваше дело сделано, спасибо. Если мне что-то нужно — я приду и попрошу. Как там в «Крёстном отце» — «ты просишь, но ты просишь без уважения» — вот противоядие против освинячивания. Если мне надо — я приду и попрошу с уважением. Подстригите меня пожалуйста, уважаемая парикмахер, полечите мне зуб, уважаемый доктор, не найдётся ли у вас такой-то вещи, уважаемый продавец. Недаром вошли в фольклор советские продавщицы. Там конечно были и другие нюансы — в частности то, что сфера обслуживания была сферой коррупционной, сферой тогдашних маленьких воротил. Но было и другое: советский человек — он звучит гордо, он не будет унижаться. Все мы люди, все мы звучим гордо — это достижение гуманизма, которое нельзя так просто взять и пустить по толстой кишке.

Все эти фильмы, песни — их втюхивают, это штампованный, конвеерный товар. Реклама вся эта, кричащие вывески, всё это безвкусие — всё это нужно для втюхивания, а вне рамок капитализма не имеет смысла. Так что тут нужна, извините, Революция Достоинства — в самом что ни на есть прямом смысле. Я честно говоря даже и не представляю себе другую революцию — какие силы и с какой целью могут её совершить? Упование только на гордый генетический код.

Не нужны бриллианты твои.

Не нужны машины твои.

Не нужны.

У народа на днях послетала активация на 16-й корел.

У кого так, в hosts (находится тут: %windir%\System32\drivers\etc\) вбиваем

127.0.0.1 apps.corel.com
127.0.0.1 mc.corel.com
127.0.0.1 origin-mc.corel.com
127.0.0.1 iws.corel.com

Или сразу
127.0.0.1 corel.com

А по адресу %appdata%\Corel\ прибиваем папку Messages.

Profit.

Отрисовал знак средства измерений

Отрисовал знак утверждения типа стандартных образцов или типа средств измерений.

cdr, eps

Воскрешение котов

В горестных метаниях есть что-то эгоистичное. Для кого всё это? Для лежащего в ямке? Нет у меня больше хорошей религии, придуманной индусами, в которой это имело бы какой-то смысл. Можно было бы наверное и отвлечься, и не думать, и не обращать внимания на все эти знакомые предметы, рыжие волоски, а то и покажется что-то ненароком боковым зрением, а то и вдруг послышится откуда-то с улицы чужое, но похожее… Но ведь нет, сам себя накручиваешь, сам в себе будишь воспоминания: и далёкие, и последних дней, и почему-то особенно последних дней. Не знаю, мудро или нет я поступал, не провожая ничьих похорон до кладбища, зачем видеть мёртвое тело, оставьте мертвецам хоронить мертвецов. Но если судьба и есть, она определённо последовательна, и вот теперь всё пришлось доводить до конца самому. И даже этот редко настоящий акт среди медленно бредущей в никуда жизни, даже и он норовит выскочить из рамок торжественности, превращаясь в небрежную браваду, вот, мол, смотрите, что я сделал, что произошло в моей жизни, и как я это с достоинством переживаю.

И вот уже не могу даже тут отличить подлинное от накрученного самим для себя — да может и не надо, копаться, отличать, самого себя дёргать. Раз уж натура такая, художественная в утилитарном смысле, норовящая не только пережить, но и тут же зафиксировать, и тут же срежиссировать, и тут же снова сыграть. Где уж тут разобраться. Недаром актёров считали людьми без души.

Наверное, лучше было, когда я не смотрел столь критически на свои эмоции, когда я называл их «чувства». Когда казалось, что я переживаю за весь мир, и когда после всенародного праздника — головная боль и похмелье, а ты не пил, но оно со всеми, за всех. Когда считал свои чувства продолжением чьих-то неведомых чужих, через эфир, через ноосферу, через бог знает что. Печалился и радовался одновременно, когда вдруг из каких-то твоих музыкальных набросков выходил где-нибудь чей-то чужой альбом с точной той же мелодией, когда твои тайные сюжеты вдруг экранизировал Голливуд. Ну что же, думал я, мои мысли моими не являются, они приходят в голову, и, видимо, уходят оттуда куда-то дальше, а взамен них приходят такие же странные и чужие. В этом была и красота, и справедливость, и связность мира.

Что может быть важнее связности мира — когда всё не просто так?

А теперь у меня есть только диалектический материализм. Нет, он не так уж плох, к тому же, в отличие от религии — он вполне научен. То есть это «не просто правда, это больше чем правда, это так и было на самом деле». И если сильно захотеть, то можно найти и Фёдорова, и космизм, и всё что угодно душе, которой, правда, нет.

Но из всего этого вашего космизма мне пока ближе всего возможность воскрешения котов.